— Я ужасно по тебе скучал. А ты меня ждала?
— Конечно, — подтвердила я. — Я же сама этот браслет снять не могу. А ты сказал, что я его в любой момент вернуть могу. Я хочу его вернуть прямо сейчас.
— Прямо сейчас? — усмехнулся он. — Я попросил бы тебя пока его поносить.
— Пока что?
— Пока не найдут того, кто нападал на девушек. Ты мне слишком дорога, знаешь ли, чтобы так рисковать.
Посмотрела я на него довольно мрачно. По всему выходит, что использовать меня хотят как приманку, чего одобрить я никак не могла.
— Эвальд, ты же можешь привлечь для такой роли кого-нибудь из своих служб. Пусть на нее и охотятся.
— Да не бойся ты, этот артефакт защитит от всего, даже от яда, — небрежно сказал Эвальд. — И потом, я действительно собираюсь на тебе жениться.
Последние слова он прошептал мне на ухо очень интимным, волнующим голосом. Мне сразу вспомнился наш поцелуй и захотелось опять чего-то подобного. Даже желание снять артефакт отошло куда-то далеко. Это чувство удивило меня саму, но потом я вспомнила, как обещала Дитеру целовать Эвальда каждый раз, когда друг Берти будет встречать нас вместе. На такие решительные действия я, пожалуй, была неспособна, а вот потереться головой о плечо «жениха»… Почему бы и нет? Я не сводила глаз с Дитера, когда выполняла свой план. Мне казалось, он все время держит меня в поле зрения, потому что как раз в этот момент им был пропущен укол. Софи радостно захлопала в ладоши, Берти тоже сказал что-то такое весьма довольным тоном. А что ответил на это Дитер, я уже не услышала. Эвальд воспользовался моей растерянностью и совершенно нахально начал меня целовать. Я не успела ни понять это, ни оттолкнуть его, как вдруг для меня все вокруг перестало существовать. Важно было только то, что Эвальд здесь, со мною рядом.
Когда он меня отпустил, я долго не могла понять, что со мной — чувство счастья было таким ярким и полным искрящейся легкости, что, казалось, еще немного — и я взлечу безо всякой магии. Но продолжалось это недолго. Когда я поняла, что случилось, мне стало очень страшно. Ведь я точно знала, что не влюблена в Эвальда, и все произошедшее было ужасно, было отвратительно, было совершенно ненормально. Голова закружилась. Последнее, что я увидела, это совсем белое лицо Дитера с неестественно яркими глазами, затем перед моим взором прошли дружной толпой сине-зеленые круги всяческих размеров, и меня накрыла спасительная темнота.
В себя я пришла у целителя. Тот подносил к моему носу флакон с чем-то отвратительно пахнущим и громко возмущался тому, что никак не может на меня воздействовать магией — мешал артефакт, который Эвальд отказывался снимать. Я с трудом подняла руку и попыталась оттолкнуть от себя флакон. Глаза открываться не хотели.
— Она пришла в себя! — раздался радостный вопль Берти. — Эри, никто не понял, что с тобой случилось. С чего ты вдруг принялась в обмороки падать?
— А что, их было несколько? — послышался встревоженный голос Эвальда.
Я испугалась, что брат сейчас выложит то, что было между мной и Дитером, и даже попыталась сказать что-то протестующее, но голос меня не слушался.
— Да нет, — ответил Берти. — У Эрики вообще раньше обмороков не было.
— Возможно, на фоне переутомления, — предположил целитель. — Эти первокурсники слишком ответственные, совсем себя не жалеют. Пропишу-ка я вашей невесте, ваше высочество, укрепляющий отвар, а вы проследите, чтобы она его пила вовремя.
Лучше бы он мне прописал расторжение помолвки. Что стоило Берти сказать, что я очень хрупкая и сознание теряю по нескольку раз на день? Глядишь, Эвальд бы тогда решил, что я для его целей не подхожу, и озаботился бы поиском другой кандидатуры.
— Пустите меня немедленно! — голос тети Эльзы спутать с другим было невозможно. — Мне сказали, что с моей племянницей случилось несчастье. Ваше высочество, добрый день. Я так рада видеть, что вы вернулись из поездки! Вы прекрасно выглядите.
С нашей ссоры тетя Эльза ко мне не приходила. По-видимому, считала себя обиженной стороной и ждала, что приду к ней я с извинениями. Но меня вполне устраивало, что она не вмешивается в мою жизнь, и идти к ней в гости я не собиралась. Тетю бездействие не устраивало, да и повертеться перед глазами принца хотелось, так что она свои обиды убрала подальше и пошла ко мне первой. Но до чего неудачное время выбрала она для попытки помириться!
— Берти, — по-видимому, она заметила брата, — ты совершенно безответственно относишься к своим обязанностям. Довел сестру до такого состояния! Все, Эрика, переезжаешь ко мне. Не годится девушке из такой семьи ютиться в жалком общежитии.
— А чем вас не устраивают наши общежития? — возмутился целитель. — Они построены были под патронажем короны.
— Так это когда еще было. С тех пор требования значительно выросли.
— Наша семья постоянно следит за положением дел в Академии, — холодно сказал Эвальд, тем самым дав понять, что считает это нападками на него лично.
Да уж, более внимательно проверять женское общежитие, чем это делает наш принц, попросту невозможно. В этом вопросе он невероятно тщателен и усерден. Если судить по тем рассказам, что на меня буквально сыпались в последнее время со стороны недоброжелателей, то впору уже на двери комнат таблички вещать с грифом «Проверено короной» и ячейкой для даты.
Я сделала попытку приподняться, брат бросился мне на помощь и поддержал. Голова немного кружилась, и единственное, чего мне сейчас хотелось, лечь и уснуть. Но только у себя в комнате, чтобы не было этих разговоров, отдающихся в ушах гулом.